katzin.org

«И много скота было у сынов Реувена, и у сынов Гада, весьма много, и увидели они страну… И сказали Моше и Эл’азару-коhену: «…земля эта пригодна для скота, а у слуг твоих скот» (Бамидбар, 32:1—4).
Прочитав эти строки, неискушённый читатель, наверное, подумает: «Эх, материалисты!..». Не судите поспешно.
Дабы разобраться в ситуации, откуда у поколения, родившегося в
пустыне и вскормленного «молоком Торы» (для них булки росли даже не на деревьях, а прямо падали с неба), появляется вполне земная
озабоченность, обратимся к первой книге Пятикнижия. Там в
недельной главе «Ваишлах» («И послал») после встречи с Эсавом
Яаков вступает в Эрец Исраэль:
«Яаков отправился в Суккот и построил себе дом, а для скота своего сделал шалаши, поэтому и назвал он это место Суккот» (Берешит, 33:17).
Мы не случайно использовали глагол «вступает». Яаков, как до него Авраhам, закрепляет владение этой землёй за своими потомками. Вот только странно, что Тора считает нужным упомянуть о заботе,
проявленной Яаковом к домашнему скоту. И потом, какое всё это имеет отношение к непонятной «приземлённости» евреев, родившихся в
пустыне.
Во-первых, чисто географическое «совпадение». Суккот — место,
«облюбованное» Яаковом для проживания и связанное с трогательной заботой об обладателях рогов и копыт, находится на той самой
территории, которая связана со «скотоводческими устремлениями»
колен Гада, Реувена и части колена Менаше.
Страна Израиля делится на две существенно отличающиеся части. От моря до реки Ярден (Иордан), раз завоёванная под предводительством Йеhошуа бин-Нуна, она навсегда приобрела статус святости. Вся
остальная территория от Нила до Евфрата имеет этот статус только при условии проживания на ней еврейского большинства, реализующего Тору.
Желание евреев поселиться в Заиорданье — это реализация желания Яакова, это серьёзнейший, хотя и первый шаг к тому, что предстоит осуществить Машиаху.

ОБЕЩАННОЕ – ВЫПОЛНЯЙ

«И говорил Моше главам колен сынов Израиля так: «Вот, что повелел Б-г: Если человек даст обет Б-гу или поклянётся клятвой, приняв
запрет на себя, то не должен он нарушать своего слова, всё, как
вышло из его уст, должен он сделать» (Бамидбар, 30:2-3).
Выполнение взятых на себя обязательств относится к принципам, чьё скрупулёзное соблюдение всегда было неотъемлемой частью
«джентльменского облика». Присутствие этих принципов в словах
Торы - вовсе не свидетельство того, что ничто джентльменское
евреям не чуждо. Важность произнесённых человеком слов проистекает из первоосновы бытия. 10 мамарот (сказаний), составляющих
«информационную решётку» мироздания, подразумевают
безусловность выраженного желания Творца.
Слова, произносимые человеком, при всей их несоразмерности со
«словами» Всевышнего, есть, тем не менее, весьма солидная заявка
(сознательная или бессознательная) на соучастие в Творении. Даже в совершенно физическом сысле произнесённые слова - это звуковая волна-синусоида, которая, затухая, никогда не исчезает совершенно. И слова, когда-либо произнесённые (пусть и недостойные нашего слуха), продолжают своё существование в нашем бренном мире. Отсюда
важность произносимых слов вообще, а слов обещания - в особенности. Не выполняющий своих обещаний по сути разрушает реальность
собственного бытия!

КОРНИ ПОСОХА

Слово «матэ», выведенное во множественном числе в заглавие недельной главы («Матот»), означает колено (Израилев), а также… посох. Ещё удивительнее, что обычно используемое Торой для обозначения колена-рода Израилева слово «шевет» на иврите означает также «ветвь».
Глава эта всегда читается во время, отмеченное в еврейском календаре как тяжёлое для Израиля. Три недели, отделяющие пост 17 тамуза от поста 9 Ава, обозначены как тесные, труднопроходимые. Символика, стоящая за словами-синонимами шевет и матэ позволяет проявить скрытый смысл этого периода. Ветвь мягка и ломка, но обязательно
зелена и очевидно связана с корнем. Из посоха же долгой сушкой
вытравили память о связанности с корнем. Жёсткость палки-посоха
необходима для прохождения очень узкого коридора этого мира. Именно такую черту и придают еврейскому народу эти недели.
Злое начало, воюя с душою, спустившейся в наш земной мир,
пробуждает в ней жёсткость и силу. И это — одна из причин спуска души в этот мир. Смысл же любого спуска — увеличить высоту
подъёма. И хотя массы, как известно, не учатся на примерах истории, может быть, пора уже нам, евреям, научиться делать выводы
из непростого в несколько тысячелетий пути.

Менахем-Михаэль ГИТИК